[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Форум » Мир Вилар » Серия "Ведьма" » Привет от Симоны Вилар
Привет от Симоны Вилар
СимонаДата: Четверг, 08.03.2012, 03:42 | Сообщение # 1
Повелитель магии
Группа: Авторы
Сообщений: 3
Статус: :-(
Здравствуйте!
Относительно недавно впервые узнала о существовании этого сайта. Я была польщена и растрогана. Спасибо большое, за то, что вы делаете. Находясь постоянно в творческой, но такой приятной, рутине, я не всегда успеваю следить за информацией, которая появляется обо мне в интернете. Наконец я зарегистрировалась здесь.
Очень благодарна всем за ваши оценки моих книг, за интерес к ним и обсуждения. Надеюсь и в дальнейшем не разочаровать вас, увлечь новыми историями, далекими эпохами, приключениями и непростыми отношениями героев книг. Я буду стараться, потому что мне есть для кого писать. Да и не писать я просто не могу smile
Летом этого года выходит моя четвертая книга о ведьме Малфриде. Изначально я думала назвать ее "Ведьма и крест", но потом решили, что она будет называться "Ведьма в Царьграде". Вот, хочу предложить небольшой подарок к 8 марта, выложив пролог новой книги в официальной группе http://vk.com/simona_vilar (к сожалению, не поняла как загрузить текстовый файл на сайт). Роман еще в работе, но, думаю, ознакомиться с его началом вам будет интересно.
Поздравляю всех с праздником 8 марта, желаю любви, успехов, интересных увлечений и хорошего весеннего настроения.

Симона Вилар.


Сообщение отредактировал Симона - Четверг, 08.03.2012, 04:54
 
АлецияДата: Четверг, 08.03.2012, 23:23 | Сообщение # 2
Чародей
Группа: Администраторы
Сообщений: 268
Статус: :-(
Симона, так приятно, что Вы вновь посетили наш сайт (вот уж настоящий подарок к его приближающемуся дню рождения сайта)! Я говорю "вновь", потому что вы уже были на нашем сайте и даже общались с поклонникам Вашего творчества здесь. Надеюсь, вам понравился этот сайт и Вы будете время от времени заходить сюда.
Спасибо за отрывок новой книги, это огромное доверие и огромная честь - читать произведение первыми. Это - самый ценный подарок, какой только может сделать автор своим поклонникам. СПАСИБО!
 
АлецияДата: Четверг, 08.03.2012, 23:41 | Сообщение # 3
Чародей
Группа: Администраторы
Сообщений: 268
Статус: :-(
Симона, если Вы уже обнародовали пролог к новой книге, позвольте, я выложу отрывок сюда:6

Пролог.

— Катись, катись яблочко наливное по блюдечку по серебряному, — негромко приговаривала ведьма Малфрида.
Она сидела под нависающими лапами старой ели, куда почти не проникал отблеск догоравшего весеннего заката. Зато от этого в густом полумраке отчетливее стал заметен появившийся в середине лежавшего перед ней серебряного блюда свет. По кромке блюда само собой катилось и вращалось небольшое румяное яблоко. Совершая оборот, оно загоралось все ярче, его лучи озаряли склоненное лицо молодой ведьмы, ложились голубоватым свечением на ее резко очерченные скулы, на нос с легкой горбинкой, на отливавшие желтизной глаза с узкими, как у ястреба, зрачками. Малфрида всматривалась, что же покажется в освещенном круге внутри блюда… но ничего не видела. Так, мелькали какие-то блики, но ни одного образа не возникло. А должен бы появиться! Ведь это диво-дивное — серебряное блюдо и заговоренное яблоко — могло показать все, что угодно: и дальние страны, и ближние места, и тех, кого захочешь увидеть.
Над головой ведьмы, среди темных ветвей старой ели, громко закаркал ворон. Самого его в сумраке и не разглядишь, лишь глаз посверкивает из тьмы беловатой искрой. Зато карканье его прерывистое походило на недобрый старческий смех. Да он и был очень стар, этот ворон, вернее кудесник, который так давно принял облик птицы, что и забыл уже, как вновь приобрести человеческий вид. Но серебряное блюдечко и волшебное яблочко принадлежали ему исстари, он таил это диво от всех, был его владельцем, мог глядеть в него, видеть все, что пожелает. Это была единственная радость, кудесника-ворона, которой он ни за что не стал бы делиться с кем бы то ни было, но Малфриде уступил: она знала заветное слово-заклинание, против воли которого не мог он пойти. Вот и позволил ей взглянуть на свое бесценное сокровище. Зато теперь, когда у ведьмы ничего не получалось, ворон каркал, будто насмешничал.
Малфрида не обращала на него внимания. Набрала в грудь побольше воздуха, сил внутренних колдовских прибавила, и вновь повторила:
— Катись, катись яблочко наливное по блюдечку по серебреному!..
Сила в ней забурлила, черные волосы взмыли, завились, зашевелились и будто искры по ним пошли, вспыхнули, затрещали. Яблочко катилось само, в аккурат по кромке серебряного блюда с уже почти стершимися, потемневшими от времени завитками чеканных узоров. Оно казалось очень древним, а яблоко, наоборот, таким свежим, словно совсем недавно налилось соками. Хотя лет ему было… веков… немало.
Вдруг ворон перестал каркать. Наблюдал сверху, как заколебался идущий из блюда свет, замелькали какие-то смутные видения, еще нечеткие, но с каждым мигом становившиеся все яснее.
Малфрида обрадовалась. Получается! Теперь бы только успеть сказать.
— Катись, катись яблочко наливное по блюдечку по серебреному! Покажи мне страны дальние, заморские, покажи людей дивных, таких о которых мне не известно ничего.
И показались же! И странные островерхие строения, едва ли не до неба уходившие ступенчатыми гранями, земля песчаная, смуглые люди с обмотанными тканями головами, сидящие на странных животных, длинноногих и горбатых. Потом вдруг промелькнули каменные башни на скалах, скачущие по тропе всадники в странных клетчатых юбках, голоногие, с рыжими, развивающимися по ветру волосами. А затем возникла уже иная картина: плывут среди необычайно пышных растений на узких лодках голые, темнокожие люди с короткими и курчавыми, как шерсть ягненка, волосами, с широкими носами в пол-лица. И родит же где-то земля таких уродцев! Но задумываться особо было некогда, образы появлялись и исчезали, все быстрее, даже в глазах зарябило. Малфрида поняла, что не справляется она с дивом, не успевает давать указания, вот оно и навалило на нее видения. Ей же надо приказать ему, уточнить, пока от мельтешащих картин голова не пошла кругом. И она произнесла торопливо:
— Покажи мне нечто странное и необычное, что в миру и есть — но и скрыто от других.
Яблочко катилось по кругу, показывало…
Ну что такого не бывает, так это навряд ли. Хотя лучше бы и не было. Ибо увидела она горящие строения, проносящихся на лохматых лошадках всадников, мечущихся перепуганных людей. Их пытались защитить витязи, да только падали они, гибли. А потом дымом все заволокло. И из дыма стал подниматься человек — огромный, со страшными ранами по телу, от которых кровь так и сочилась сквозь порванную кольчугу. Рука его висела, как неживая, но вот он пошевелил ею — и она будто приросла. Странный человек вскинул голову. Его искаженное лицо было бледным, глаза белесо горели из-под упавшей на чело длинной рыжей пряди. Пошатываясь, воин-великан пошел сквозь клубы дыма, пока навстречу ему не вынесся один из всадников в лохматой шапке и с саблей. Сперва он смотрел на идущего к нему рыжего будто с удивлением, потом стал раскручивать аркан, уже и петлю бросил… Витязь с удивительной ловкостью поймал веревку на лету, сильно дернул, так, что всадник даже вылетел из седла. Завизжал… и особо сильно стал голосить, когда рыжий богатырь с горящими глазами подхватил его, будто мешок тряпья, будто в том и весу было как в синице. Испуганный пленник попытался было отбиваться, но недолго: рыжий тряхнул его легко, а потом вдруг быстро оторвал ему голову, отбросил. А сам стал лакать бьющую фонтаном струю крови, даже урчал от удовольствия.
Малфрида повела плечами. Не то чтобы испугалась, но гадко как-то сделалось. Нет, лучше пусть ей покажут что-то иное… или кого-то иного. Кого бы она с радостью повидала?
— Ты, диво дивное, чудо чудное, яви мне образ мужа моего милого, любезного!
Из обводимого яблоком по блюду круга повеяло теплым закатным светом. Вот, уже лучше. Малфрида даже заулыбалась, узнав песчаный откос берега над Днепром, недалеко от града Любеча. А вон и тропинка вьется от реки в сосновый бор, где стояла их с Малком усадебка. Сейчас она и его самого увидит — Малка Любечанина, с которым прожила в супружестве без малого одиннадцать лет. И в ладу они жили, так ей казалось… Хотя и понимала, что не всякий муж будет счастлив с такой, как она — неспокойной ведьмой, какую не удержишь в доме обычными бабьими хлопотами, какую то и дело тянет уйти в дальне края, чтобы вновь и вновь пробовать свои силы, вновь учиться заклинаниям и чародейству, постигать колдовскую премудрость. Однако Малк ее всегда отпускал. А она, пометавшись по лесам, чащам и болотам безлюдным, по пределам далеким, вновь начинала тосковать за ним, возвращалась. И опять они жили как обычные люди, в ладу и согласии, детей воспитывали — Малушу красавицу и подрастающего умника Добрыню. Правда это были ее дети, не Малка, но лучшего отца она бы им и не пожелала. И вообще был Малк такой, такой… Лучше его во всем мире широком не было!
— Мужа хочу увидеть! Покажи мне его, диво дивное!
Она склонилась ниже, уже и стала различать сквозь блики закатного света силуэт приближающегося мужчины. Однако едва разглядела, улыбка на ее лице застыла. Не ее это супруг! Этот был более рослый, более широкоплечий, чисто витязь. Ну, так витязь и есть — в высоком шлеме островерхом, в поблескивающем чешуйчатом доспехе до колен, корзно синее за плечами ниспадает. Да это же Свенельд! Воевода варяжский, который и впрямь одно время был ее мужем, но давно это было. Разошлись уже их судьбы, иного все эти годы она своим супругом величала — Малка Любечанина, лекаря и ведуна известного. А глупое блюдечко ей Свенельда мужем указало! Вот тебе и диво дивное, чудо чудное, а на поверку — самое, что ни на есть глупое. Чародейка Малфрида по стоячей темной воде и то лучше поворожить могла и углядеть, что надо. Правда там больше сил прилагать нужно, дольше ждать, больше ворожить и труднее рассмотреть. Да и зря, что ли, она искала по своему ведьмовскому любопытству это диво — блюдо с яблоком чародейское?
Потому упрямо повторила:
— Катись, катись яблочко, да не дури! Мужа хочу своего увидеть! Покажи! В том моя воля!
Но опять среди красноватых в лучах заката сосен появлялся Свенельд, приближался. Можно было уже различить его выразительное лицо под позолоченным ободом шлема, аккуратный нос, зеленые, чуть раскосые глаза под круто изломленными бровями. Да, хорош собой воевода Свенельд, и любила его когда-то Малфрида без памяти, но не муж ведь! Он княгини Ольги слуга верный, только она одна ему и мила. А Малфрида… Спрашивается, какого рожна Свенельд вблизи ее дома шляется, да еще и мужем ей видится?
— Малка Любечанина мне покажи, глупое диво! — с раздражением повторила ведьма.
Силуэт Свенельда исчез, яблочко продолжало катиться, но в блеклом свете так никто больше и не появился. А ворон на ветке над головой опять закаркал прерывисто — будто недобрым смехом зашелся.
Ишь ты, чародей старый! Потешается над неумелой колдуньей. Сам уже и человеческий облик забыл, речи от него давно никто не слышал, а тоже из себя мудреца мнит. И, стараясь не отвлекаться на злобную древнюю птицу, Малфрида приказала:
— Покажи мне того, кто всегда думает обо мне!
Ибо кто же о ней думает, волнуется и ждет ее, как не верный муж! Ближе и дороже для Малфриды никого и не было. Вон и детей своих Малфрида так не любила, не была в них так уверена, как в супруге. Даже дружба с княгиней Ольгой не была для нее настолько ценной, как душевная теплота Малка. Порой казалось, что если бы не его нежность, она бы давно ушла в чародейский мир духов и кудесников. А так знала — ждет ее Малк, любит, думает о ней! И это давало Малфриде силы, делало из ведьмы обычным человеком, женщиной, женой…
Когда в глубине блюдца замаячило видение, Малфрида замерла. Вот сейчас… Вон уже и плечи видны, голова склоненная… Да, полно, Малк ли это? Сидит некто в полутьме покоя, едва озаренного одинокой свечой, голова чем-то темным покрыта, лица не рассмотреть, со спины видится.
— Лицо мне его покажи!
Не получалось. Фигура все больше слонялась, словно человек разглядывал что-то на полке перед собой. Никак книга? Малфрида однажды видела такую на торгах, сказывали, что мудрость некая в ней записана неизвестными ведьме литерами. И сейчас, этот одетый в черное человек, склонившись, смотрел в книгу, и разглядеть его никак не получалось.
Человек из видения повел плечами, словно ему зябко было или неуютно. А потом, так и не оглянувшись, резко взмахнул рукой, как будто приказывая следящей за ним ведьме отвернуться и сгинуть. И тут же светом таким полыхнуло, словно луч солнца слепящий отразился в блюдце. Малфрида невольно отшатнулась, зажмурившись. А открыла глаза — было под елью сумрачно, свет исчез. И хотя ведьма Малфрида хорошо видела во мраке, теперь едва могла что-то различить после яркой вспышки. Вон лежит на сухой хвое серебряное блюдце погасшее, вон откатившееся под выступы мощных кореньев яблоко.
Тут ворон вдруг слетел с ветки, опустился рядом, подошел, переваливаясь. И опять сверкнул недобро белесой искрой его черный глаз.
— Шчто, баба глупппая, не вышшшшло у тебьа? — зашипел.
Малфрида только моргнула. Надо же, заговорил! А ей ведь волхвы глубинные, из тех, что людей избегают и только ведовскую мудрость таят, говорили, что чародей этот уже давно речь людскую забыл. Но сейчас ворон, щелкая клювом, заговорил, хотя и с трудом. И речь его звучала странновато и жутко.
— Кого уззрррреть-то пыталащ? Могуччч он. Пооочуяяял, что смотришшь, отмахнулся. Тааккких чародеев уже и нет на сссвете. Кого узззрела-то?
Ведьма потрясенно молчала. Кто это был? Она просила показать того, кто о ней думает. И кого же блюдо с яблочком ей показало?
— Вроде как под каменным сводом сидел. И книга у него была. Еще припоминаю, что изображение какое-то видела за ним. И похоже это было… Ох ты, Перуне! — догадалась Малфрида, даже за щеки схватилась. — Никак икона там висела.
— Икона? — вполне четко выговорил ворон, и даже сплюнул, ну совсем, как рассерженный старик. — Хррристианнин стало быть? Ах ты, дурищщща глупая! Да ражжжве можно за этими хрищщтианами приглядывать? Так любое диво можно погубить навещщщно!..
Дальше сплошное карканье, но все равно казалось, что ругается сердито ворон-чародей. Потом отпрыгнул в сторону, взмахнул большими крыльями, полетел прочь и вскоре исчез за густыми елями. А блюда и яблока уже не было под елью, будто хвоя лесная их в себя вобрала.
Малфрида медленно выбралась из под развесистых лап, потянулась всем телом, отряхнула с подола истрепавшейся за время скитаний по чащам поневы иголки, оправила телогрею, разметавшиеся черный волосы за плечи откинула. Что ж, не вышло у нее дивом этим колдовским завладеть, не подчинилось оно, ну и ладно. Все одно она славно поколдовала, и на душе от этого хорошо было.
Вокруг темнели вековечные стволы старого ельника, столь густого и мрачного, что и тропки не углядеть среди деревьев. Однако Малфрида в любой чаще себя хорошо чувствовала, никакие темные силы ее не пугали, никакие духи леса не смели тронуть. Пусть вон и леший где-то в чаше стрекочет, стуча зубами, пусть пучеглазый див раскачивает верхушки елей, а пушевик среди коряг тянет сучковатую лапу, будто норовя словить кого, — ведьме все было нипочем. Тут она своя, колдовская сила делала ее неуязвимой для обитающих в глухой чаще существ. А вот что ее взволновало… Нет, даже не то, что напугало забывшего людское обличье чародея-ворона, — не христианин думающий о ней и легко скинувший волшебство дивного блюда. Хотя сила блюда и яблока видна уже в том, что вообще христианина показать смогло.
Но Малфриду взволновало иное — Малка она не смогла увидеть. Где он? Что с ним? Не пришло ли время вернуться к мужу и узнать — все ли ладно?
Ведьма повернула в сторону от наваленного между седых елей бурелома. Шла все быстрее, пока не углядела среди чащи некий просвет, достаточно свободный, чтобы разбежаться можно было. Вот и побежала, а сама на ходу странное говорила — или шипела, или рычала, или клекотала, лишь пару слов можно было различить среди этих странных для человеческого горла звуков — «перевенрнись-обратись».
Она подпрыгнула легко, будто подброшенная, — потянувший следом лапу-корягу пушевик даже пригнулся, чтобы не мешать. А ведьма, перевернувшись в воздухе через голову, опустилась на землю уже в облике большой пушистой рыси, мягко осела на мохнатые когтистые лапы. Рыкнула негромко. Глаза на миг вспыхнули желтым светом, а потом ведьма-оборотень побежала трусцой, мелькнула среди нависавших еловых ветвей, все убыстряя бег, пока не скрылась в глухой чаще.
 
ГретаДата: Пятница, 09.03.2012, 01:52 | Сообщение # 4
Спящий
Группа: Пользователи
Сообщений: 1
Статус: :-(
Симона, спасибо за подарок, вас также с праздником, заходите чаще, будем ждать!
 
мельхиораДата: Вторник, 13.03.2012, 15:50 | Сообщение # 5
Посвященный
Группа: Проверенные
Сообщений: 67
Статус: :-(
Пролог потрясающий,скорей бы лето,невозможно уже терпеть!Симона огромное Вам спасибо за такой подарок!Только мне кажется первоначальное название звучит более лаконично:"Ведьма", "Ведьма и князь", "Ведьма княгини"-так и напрашивается "Ведьма и крест".Почему Вы решили поменять название,с чем это связано? И ещё один вопрос (я всё-таки надеюсь,что хоть изредка Вы будете заходить на этот сайт):над чем Вы дальше собираетесь работать,будет ли это продолжение Ведьмы или порадуете нас чем-то новеньким?В своих безумных фантазиях мечтаю почитать что-нибудь об истории Рима 2-5в.в. н.э.(интересное время:римляне в Британии,варвары у границ Империи,её распад),но только в Вашем исполнении,т.к. после Вас читать других авторов практически невозможно.Так и живём от выхода до выхода Ваших новых творений,заполняя промежутки менее блистательными авторами.Ещё раз огромное спасибо за Ваши книги,творческих успехов Вам и вдохновения!!!
 
Форум » Мир Вилар » Серия "Ведьма" » Привет от Симоны Вилар
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: